Причины хазарейских восстаний


     Яркое представление о причинах, толкнувших хазарейцев на новое восстание, дает письмо, отправленное их предводителями кабульским властям в начале 1893 г., которое полностью приведено автором «Сирадж аттаварих» на страницах его книги. В этом письме говорится, что гражданские и военные чиновники, присланные из Кабула в Хазараджат, относятся к хазарейцам как к неверным, считают убийство хазарейцев, грабеж их имущества, ^обращение в рабство их жен и детей законными действиями. В письме также указывается, что когда эмир Абдуррахман принял решение покорить независимые районы Хазараджата и отправил для этой цели^ войска под командой Абдул Куддус-хана, то хазарейцы дайзанги, дайкунди, бесут, а также джагури, дайчупан и хазара Газни пришли на помощь этим войскам; более того, они старались, чтобы хазарейцы независимых районов без сопротивления покорились эмиру, «вняв его наставительным фирманам». Благодаря этим призывам, а также тому, что рядовые хазарейцы в независимых районах «жестоко угнетались и притеснялись своей знатью», покорение их было проведено почти без сопротивления. Независимые ранее кланы и племена сдали оружие и сами разрушили свои крепости, полагая, что «согласно указаниям и наставлению Бога и его пророка они должны подчиняться падишаху». Однако после того, как в этих районах были размещены правительственные войска, здесь начались беззакония. Хотя фирманом эмира были запрещены купля и продажа хазарейских юношей и девушек21, происходила продажа хазарейцев в рабство. Хазарейские женщины подвергались бесчестию. Против этих насилий и произвола хазарейцы подняли восстание. Во время этого восстания» суннитские улемы, не различая восставших хазарейцев от тех, кто продолжал повиноваться эмиру, вообще всех хазарейцев поголовно объявили неверными по всем вилайетам страны. Тем самым эти улемы «ссору с хазарейским народом превратили в джихад, в священную войну против всего хазарейского народа». Властями издан приказ об отправлении в Кабул хазарейских сеидов, кербелаи, завваров и других уважаемых людей. Это равнозначно их истреблению. Отправившись в Кабул, они сами отдадут свои головы мечам палачей, погубят свои семьи и имущество. Чтобы спасти себя от смерти и порабощения, у хазарейцев не осталось другого средства, как поднять восстание. «И они никогда впредь не подчинятся» властям эмира. Обращает на себя внимание ясно выраженное в этом письме намерение никогда впредь не подчиняться власти эмира; тем самым хазарейцы заявили о своем стремлении бороться до конца, не идти ни на какие соглашения и компромиссы, которые ограничивали бы их полную независимость, полную самостоятельность от кабульских властей.

     Подобную же решимость они высказывали и в ответ на обращения местных властей, отдельные представители которых пытались уговорить их прекратить восстание; так, например, хакиму Ашкарабада Дад Мухаммад-хану они заявили, что «будут бороться до последней капли крови и никогда не отдадутся в его руки живыми».

     В подготовке и руководстве восстанием активную роль сыграли многие мелкие феодалы племен дайзанги, дайкунди и бесут. Заметную роль играл один из миров племени бесут Гулам Хусейп-бек из Кух Беруна, и ранее активно боровшийся с кабульскими властями. Но были среди примкнувших к восстанию и такие, кто в 1892 г. не принимал в нем участия (например, миры Мухаммад Хусейн-бек, Юсуф-бек, Насирбек, Ибрагим-бек и др.).

     На первых порах восставшие почти не встречали сопротивления, поскольку власти не ожидали вооруженного выступления. Поэтому восставшим довольно быстро удалось установить свой контроль на большой территории.

     Снова, как и в 1892 г., хазарейцы прежде всего постарались овладеть интендантскими и продовольственно-фуражными складами, имевшимися в районах их действий. Им это удалось. Правительственные чиновники, находившиеся при этих складах, были взяты под арест. Пехотный полк с артиллерией, направленный в район восстания из Бамиана, был остановлен отрядом хазарейцев в 5 тыс. человек на перевале Горах и отступил. Многие хакимы и другие чиновники, спасая жизнь, бежали, другие были осаждены в своих резиденциях отрядами повстанцев.

     Вскоре к восставшим хазара дайзанги, дайкунди и бесут присоединились хазара барлас, жители Кизаба, а также некоторые кланы Хиджристана. Подняли восстание и жители Урузгана: напав на гарнизон правительственных войск (который только убитыми потерял 1400 человек), они захватили хлебные склады, стадо скота, а затем отошли в горы, где уже несколько месяцев скрывалась часть их сородичей. Однако все другие хазарейские племена и кланы к восстанию присоединиться не смогли. Это объяснялось рядом причин: тяжелыми потерями, которые они понесли на первом этапе восстания (в 1892 г.), тем, что они были фактически совершенно безоружны, присутствием на их территории сильных гарнизонов правительственных войск.

     Изгнав присланных из Кабула чиновников и солдат, восставшие стали готовиться к борьбе с карательными войсками. Они организовали прочную оборону на перевалах, которые вели в занятые ими районы, укрепили населенные пункты Сар Кул, Феруз Бахар, Танг Як, Горах и другие стратегически важные участки на дорогах из Южного Туркестана, Бамиана, Кабула и Кандагара в Хазараджат.

     Силу сопротивления восставших подрывало отсутствие единства (как и в 80-х годах и в 1892 г.) среди представителей феодальной верхушки хазарейцев. Некоторые влиятельные миры считали целесообразным сотрудничать с властями Кабула. Они полагались больше на свои связи при дворе эмира, чем на успех восстания, и были готовы из соображений личной безопасности помогать в подавлении хазарейского движения. Хотя таких миров было и не много, но каждый из них имел сотни нукаров и пользовался благодаря своему богатству и знатности большим влиянием в хазарейской среде. Поэтому эти миры объективно представляли серьезную опасность для успеха восстания. Мухаммад Риза-бек, мир Улкана, категорически отказался присоединиться к восставшим и помочь им в разгроме гарнизона местечка Гаф, он же помог правительственным войскам в подавлении восстания.

     Руководителям восстания, стремившимся помешать войскам эмира форсировать р. Гильменд, пришлось выделить часть своих сил против мира клана шоди — Айам-бека, который, действуя у них в тылу, помогал эмиру. Ряд бузургов племени бесут в первые же дни восстания поспешили заверить эмира в своей верности, укрывали спасавшихся бегством правительственных чиновников, помогали властям в борьбе с восстанием.

     Имеющиеся в нашем распоряжении материалы не дают возможности точно определить мотивы действий каждого из представителей хазарейской верхушки, сотрудничавшего с властями. Но даже если помимо соображений личной безопасности они руководствовались какими-то другими мотивами, занятая ими позиция, несомненно, нанесла большой урон восстанию.